Главная > Воспоминания > Воспоминания Ивановой Прасковьи Алексеевны

Воспоминания Ивановой Прасковьи Алексеевны (1926 г.р.)

Недавнее прошлое

Иванова П.А.

Откуда на Смоленщине появилась фамилия Трансвалёвы?

Фамилию «Трансвалёв» принёс из германского плена отец Прасковьи Алексеевны, подхватив по дороге домой в родную деревню Никитино русскую народную песню, созданную на основе стихотворения Глафиры Галиной в 1899 году «Бур и его сыновья». Он возвращался на родину и напевал: «Трансвааль, Трансвааль — страна моя, ты вся горишь в огне». Песня пользовалась в России популярностью после Первой мировой войны. Так и стал Трансвалёвым, когда понадобилось придумать себе фамилию.

Сама Прасковья Алексеевна была угоняема немцами в Германию уже во время Второй мировой войны. Но помешали наступающие советские войска. Немцы «не управились».

Прасковья Алексеевна рассказала о своей жизни:

Деревня Никитино, колхоз "Большевик"

Иванова (Трансвалева)

Я родилась в 1926 году в деревне Никитино. От нашей деревни до Городища - один километр. Деревня была порядочная, дворов было много: две слободы, да ещё в сторону к Третьяково были дворы - дворов 25 было. У нас был колхоз «Большевик». Тогда было так: одна деревня – один колхоз. Каждая деревня была отдельным колхозом, а при колхозе - свой председатель, свой счетовод. Народу до войны было больше, никуда народ не уезжал. В колхозе жизнь была обычная, сельская: сеяли, сажали, скотный двор был, лошади были. Пастбища у нас были хорошие.

Церковь наша была в Городище, на горке. Она небольшая была. Закрыли её ещё до войны. Во время войны церковь разрушили, а потом её разобрали на кирпичи.

Семья Трансвалёвых

Отец – Алексей Трансвалёв, попал в плен в Германскую прошлую войну (Первую мировую). Из плена он шёл домой пешком. Была такая песня: «Трансвааль, Трансвааль, страна моя, горишь ты вся в огне». Отец где-то её подхватил, шёл и пел эту песню. Ну, и привёз себе фамилию из плена - Трансвалёв. А раньше фамилий у людей дуже не было, жили без фамилий. Потом фамилии устанавливались где как. Отец стал Трансвалёвым. Вот так и пошли Трансвалёвы: и дети пошли все Трансвалёвы, и внуки.

Въезд в Городище

Въезд в Городище, 2010 г.

Родители - и мать, и отец работали в колхозе. Отец был сначала счетоводом, а потом председателем колхоза. Мать– Акулина Ивановна Трансвалёва, была рабочей, доила коров на ферме. Я ей помогала. Денег тогда не было, платили зерном. Да и своё хозяйство было. Деньги только после войны у населения появились.

Детей у матери и отца было 6 человек. Была у меня одна сестра и 4 брата: Илья (самый младший), Андрей, Ваня и Пётр (1920 г.р.). Пётр закончил училище в Николо-Погорелом, и сразу его взяли в армию, началась война. Попал он под Сталинград. А там была самая грозная битва. Письма от него были, но они не сохранились. Он был командиром роты ранцевых огнемётов. Погиб Пётр 19 сентября 1942 года, похоронен под Сталинградом. В Сталинградской области, ещё до битвы, он какое-то время жил на квартире, познакомился с учительницей. Результат знакомства – девочка. Девочка очень похожая на брата получилась. Сестра Дуся до войны работала медсестрой в Гедеоновке в больнице для душевнобольных. Война началась, её, как медработника, тоже призвали на фронт. Она всю войну прошла.

До войны праздники были хорошие. Рождество, Казанская (престольный день у нас был Казанской Божьей матери), Фролов день. Раньше было хорошо – своей много родни приходило на праздники. У нас родня была в Богдановщине, в Немцове, в Дьякове. Отец, бывало, выпьет на праздники и загуляет, запоёт: «Пойду плясать с кочки не кочки, на попову дочку! А у поповой дочки красные чулочки!». И отец, и братья мои были гармонисты. И я петь любила. Бывало, уйдут все на работу, а я окно открываю (а окно прямо на деревню) – и сижу, припевки пою. И тётки у меня все песенницы были, и мама хорошо пела, и я любила петь.

Война, оккупация

Война началась, отца забрали на фронт. Ему было больше 50 лет, поэтому его направили в рабочий батальон. С войны он вернулся больным.

Когда немцы в нашу деревню пришли, я на печку забралась. Немец в дом вошёл, мать около печки стояла. Побалакали они о чём-то, да и пошёл он себе. Искали немцы партизан в деревне. В нашей избе немцы не стояли. Помню, как председателя колхоза Степана Козлова [1*] немцы повесили. Скот, который порезать не успели, немцы весь забрали. У нас коровы не было. А у кого были коровы – немцы забрали.

[1*] О том, как повесили Степана Козлова, рассказала также Анна Васильевна Жажкова из этой же деревни Никитино.
(Прим. Админ. сайта)

Мы успели кое-что припрятать до прихода немцев, поэтому сильно не голодали. У нас и погреб был, и подполье – везде что-нибудь припрятали.

Немцы выгоняли нас из нашей деревни в Шаблино на Днепре (сейчас этой деревни нет). Немцев там не было, они там не стояли. Почему выгоняли? – не знаю… Потом мы вернулись домой.

В Германию

В 1943 году, зимой, немецкие солдаты стали по дворам ходить, молодёжь забирать. Собрали нас, погнали. Шли мы пешком. Немцы собирались угонять нас в Германию, но они не управились. У кого лошади были, должны были ехать на лошадях. Догнали нас до Ярцева. Завернули мы в Ярцеве в лагерь и расположились в каком-то большом помещении. В лагере я подхватила тиф. Со мной была соседка (1922 года рождения), она собиралась замуж за моего брата, который погиб под Сталинградом. Эта соседка за мной ухаживала. Врач был русский в лагере. Молодец был врач, подлечил меня чуть-чуть. И нас таких, плохих, отправили в Починок поездом, товарняком. В Починке меня взяла одна хозяйка, звали её Катя. Там я работала – на поле, в огороде. Пацан небольшой был у хозяйки и батька старенький. Не дуже много там пришлось побыть. Работала я у них, пока наши не пришли. Наши пришли – мы обрадовались.

Дорога домой

Городище

Городище на реке Дымке, 2010 г.

Мы сразу отправились домой. Указали нам дорогу, как к трассе идти, и пошли мы пешком. До трассы Москва-Минск дошли, а там уж на попутках. Трасса была не сильно разбита. Доехали до Истомино. До Городища добрались – а там разлив, Дымка наша разлилась. Теперь такого разлива не бывает, реки обмелели. Военные наладили переправу через реку – плот таскали на верёвке. Я как-то неудачно соскочила с плота и плюхнулась в ледяную воду. Хорошо, что было за что ухватиться на плоте, но поплавать пришлось. Около Городища была деревня Кучино – маленькая деревушка, чуть повыше на горочке. Дымка так разлилась, что пришлось идти на эту деревню, в обход, чтобы домой попасть.

Пришла я домой, а там – землянки. Немцы всю деревню пожгли, ни одного дома не осталось. Мать жила в землянке и младший брат Илья. Они все обрадовались. А в Богдановщину пришла – там тётки жили – там столько было радости! Не знали, куда меня деть от радости!

Получение образования

Школа-семилетка до войны была в Городище. Я помню, как ходила в школу, и учителей своих до сих пор помню. Девять классов я заканчивала в Издешкове уже после войны. Издешково тоже сожгли, но восстановили быстро. Трудновато было ходить в школу из Никитино в Издешково. Поэтому снимали квартиры у знакомых в Издешкове.

В Богдановщине жена моего двоюродного брата работала бухгалтером – она взяла меня к себе счетоводом после окончания школы. Потом устроилась работать счетоводом в Издешково. Тем временем в Алфёрове организовали кооперацию. Я работала бухгалтером в кооперации, пока её не ликвидировали. В 1953 году, работая в кооперации в Алфёрово, познакомилась с будущим мужем – Иваном Ивановым. Вышла замуж и так и осталась в Алфёрово на всю жизнь.


Когда хорошо жить было? До войны хорошо было: интересно, весело, спокойно, тихо. Да и сейчас хорошо. Сейчас большое дело. Магазины загружены – только живи...

(записано 3 августа 2010 года)

VK
OK
MR
GP
На главную