Главная > События > Алфёрово на перекрёстках истории

Алфёрово на перекрёстках истории

Экскурсия в МИД

Какое отношение к настоящему и прошлому Алфёрова имеют МИД, Пушкин, Грибоедов и Симонов? Кажется, что они несоединимы, существуют в параллельных мирах, их невозможно представить рядом. Однако существуют цепочки и звенья, которые связывают их. Хочется обратить внимание пользователей сайта www.alferovo.ru на те перекрёстки истории, где встречались знаменитые писатели, работники министерства иностранных дел и прошлое окрестностей Алфёрова.

Эти цепочки и звенья стали сплетать отдельные факты в общую объёмную картину ВРЕМЕНИ с тех пор, как член Совета ветеранской организации МИДа (в прошлом Чрезвычайный и Полномочный посол РФ в Республике Боливия) Владимир Леонидович Куликов (сын Антонины Ивановны Рябининой, врача 2-ой ДНО), посетил Алфёровскую школу в составе делегации «Региональной общественной организации содействия сохранению памяти воинов 2-й стрелковой дивизии Народного Ополчения Сталинского района Москвы».

Ополченцы 6-ой ДНОМного ли нам, 70 лет живущим мирной жизнью, приходилось задумываться над тем, кто были те люди, которые вступали в 1941 году в народное ополчение Москвы? На их долю выпало стать в районе Днепра, Ельни и Дорогобужа между рвущимися к Москве немецкими полчищами и Алфёровым в июле-октябре 1941-го года. Памятная доска Стремясь назвать всех поименно, члены Региональной общественной организации настойчиво ведут работу по составлению Книги памяти 2-ой ДНО, чтобы увековечить память ополченцев. Почти вся 2-я дивизия народного ополчения погибла на Богородицком поле при попытке прорыва из «Вяземского котла» 11 октября 1941-го года.

Всего было сформировано 12 дивизий народного ополчения, 9 из них фактически погибли на Смоленской земле. 6-я дивизия Народного Ополчения Дзержинского района Москвы сражалась в составе 24-й армии Резервного фронта под Ельней, затем билась в окружении под Дорогобужем и Вязьмой. В число её добровольцев входили 163 работника Наркомата Иностранных дел СССР (треть штата ведомства того времени). Это нынешнее Министерство иностранных дел (МИД). Также на фронт отправились все выпускники Высшей дипломатической школы и большинство её сотрудников. В кровопролитных боях на Смоленщине погибли 72 сотрудника Наркомата.

У МИД

Владимир Леонидович пригласил членов Региональной общественной организации посетить Зал боевой и трудовой славы МИД РФ, ответственным за работу которого является. Делегации МИД России регулярно посещают Смоленскую область с целью воздать почести работникам Наркомата Иностранных дел СССР, вступившим 5 июля 1941 г. в народное ополчение. В деревне ОзерищеВ деревне Озерище в 2008 году установлен памятный знак - мемориальный деревянный крест, в честь сотрудников НКИД, погибших на Смоленщине. Надпись на табличке гласит: «Вечная память дипломатам НКИД – бойцам Московской стрелковой дивизии народного ополчения, павшим в 1941 году. От благодарных потомков». В этой деревне в июле 1941 г. размещался штаб 6-й ДНО, здесь работники НКИД приняли боевое крещение, разгромив немецкий парашютный десант численностью около 300 человек.

20-го июля 1941-го года 10-я танковая дивизия немцев захватила Ельню. Начались тяжелые бои 24-й армии в районе Ельни. В этот день в шестой дивизии народного ополчения был закончен курс боевой подготовки, и бойцы приняли присягу.

Писатель Константин Симонов, который во время войны был фронтовым корреспондентом, так описывает в книге «Разные дни войны 1941», составленной на основе записей в фронтовых дневниках, свою встречу на Смоленщине с 6-й ДНО 24-го июля 1941 года:

Константин Симонов«… мы встретили части одной из московских ополченских дивизий, кажется, 6-й. Это были, по большей части, немолодые люди – по сорок, по пятьдесят лет. Они шли без полковых и дивизионных тылов. Обмундирование - гимнастерки третьего срока, причем, часть этих гимнастерок была какая-то синяя, крашеная. Командиры их были тоже немолодые люди, запасники, уже давно не служившие в кадрах. Эти части надо было еще учить, доформировывать, приводить в воинский вид.

Потом я был очень удивлен, когда узнал, что эта ополченская дивизия буквально через два дня была брошена на помощь 100-й и участвовала в боях под Ельней…

Несколько слов по поводу выраженного мною в дневнике недоумения, на поверку не вполне справедливого.

Разминувшись с частями ополченцев, двигавшимися навстречу нам от Ельни к Вязьме, мы скорее всего встретили тогда действительно части 6-й ополченческой дивизии, которую за два дня до этого было приказано отвести в район Вязьмы.

Об этом было сказано в той же сводке штаба армий Резервного фронта, в которой говорилось о прорыве немцев к Ельне и Ярцеву: «6-я дивизия народного ополчения отводится в район Вязьмы, а 4-я дивизия народного ополчения отводится… в район Сычёвки». Очевидно, отвод дивизий народного ополчения, которые должны были заниматься работами по укреплению оборонительного рубежа, как раз и был вызван неожиданным выходом немцев к этому рубежу. Из текста оперативной сводки следует, что командование Резервного фронта поначалу старалось вывести из-под немецкого удара эти ещё не обученные части и лишь потом в связи с дальнейшим резким ухудшением обстановки всё-таки бросило их в бой».

КартаДальнейший боевой путь дивизии показывает, что, несмотря на то недоумение, которое вызвал у Симонова их внешний вид, ополченцы учились воевать быстро. Но и потери несли огромные.

Когда началась немецкая операция «Тайфун» (наступление с целью захвата Москвы до наступления холодов), 2-го октября 1941-го года, дивизия отбивала атаки немцев во взаимодействии с 139-й стрелковой дивизией (9-я ДНО). 3-го октября немцы стали заходить в тыл 24-й армии. Ополченцы начали отход на восток в сторону Угры и далее на Волочек, где в то время находился штаб 24-й армии.

После выхода в Волочек 6-я дивизия народного ополчения участвовала вместе со штабом 24-й армии и другим отошедшими туда бойцами в отражении атаки 78-й немецкой дивизии. Из Волочка собравшиеся бойцы начали вместе с командующим 24-й армии Ракутиным отступление по направлению на Семлёво. 78-я пехотная дивизия немцев преследовала отступавших, и в Новоселках отрезала им путь. В бою в урочище Гаврюково погиб командующий 24-й армии генерал Ракутин. Прорвавшиеся от Новоселок остатки частей подошли к Семлёво. После боя в районе Семлёво, отступающая группа оказалась окруженная немцами в болотистых местах. Выбраться оттуда к своим в виде крупных соединений не представлялось возможным. Немцы 7-го октября замкнули кольцо окружения в Вязьме, выстроив к востоку от кольца танковую стену. Из окружения выходили группами по два человека или в одиночку. 6-я ДНО вышла из окружения, сохранив боевое знамя. В начале января 1942-го года вновь сформированная дивизия, совершив почти 200-километровый марш, вступила в бой западнее Наро-Фоминска. Тогда она получила наименование 160-й дивизии. Взаимодействуя с другими частями, она участвовала в 1942-м году в освобождении Вереи. Завершила войну в 1945 году северо-западнее Берлина.

Константин Михайлович Симонов вновь посетил Смоленщину в 1946-м году, когда были объявлены выборы в Верховный Совет и Совет Национальностей. По Издешковскому избирательному округу баллотировались министр финансов СССР Зверев А.Г. и писатель-фронтовик Константин Симонов. На этот раз он приехал прямо на станцию Алфёрово, выступал перед жителями в помещении Кононовской (ныне Алфёровской) школы. Иван Яковлевич Абрамов, уроженец деревни Высоцкое, так описал свою встречу с Симоновым в книге воспоминаний «Как это было»:

Константин Симонов«Для встречи с избирателями они приехали в специальном вагоне с охраной. Вагон от поезда отцепили и поставили на запасной путь, а поезд ушёл дальше. По окончанию встреч вагон прицепляли к другому поезду и везли дальше для встречи с другими избирателями.

На одной из встреч пришлось присутствовать и мне. Я был рядом с Симоновым и Зверевым. С Симоновым довелось обменяться мнениями по нескольким интересующим меня вопросам. Был он очень приветлив и располагал к себе. Одет был во фронтовую шинель с погонами. На погонах были звёздочки, вроде, подполковника. Товарищ Симонов рассказывал нам, как ему пришлось пройти всю войну с фронтом».

На этой встрече также присутствовал Василий Васильевич Васильев, которому в то время было 16 лет, и он был учеником Кононовской школы. По заданию учительницы литературы Анны Семёновны он выучил стихотворение «Ты помнишь, Алёша, дороги Смоленщины» и читал его в присутствии Симонова. Свои стихи на той встрече читал и сам Симонов. Иван Яковлевич вспоминал:

Зверев«Министр финансов т.Зверев запомнился мне своей грузностью. Живот у него начинался чуть ли не от подбородка. Я видел, как он заходил в свой вагон и не мог пролезть через вагонную дверь без посторонней помощи. В вагон его втаскивали люди изнутри, снаружи два охранника помогали его втолкнуть. При виде этой сцены, у меня возник вопрос-недоумение: в стране царит голод, жесткие нормы на хлеб и другие продукты, а на министре это не отразилось. Для него что, другие нормы существуют?

Видимо, я был наивным, думая, что и хорошее, и плохое должно распределяться на всех одинаково, независимо от должности, от занимаемого поста. А почему фронтовик Симонов не такой?».

Разрушенная Смоленщина, а в частности Алфёрово, Кононово и Издешково, произвели на Симонова сильное впечатление. Впоследствии, встречаясь со своими избирателями уже перед другими выборами в Верховный совет, он рассказывал им, как встречался с избирателями на Смоленщине в 46-м, какая царила кругом разруха: в сожженных селениях люди по-прежнему ютились в землянках, не было школ, отсутствовали радио и связь. Сам он описал это так:

Издешково«…почти сразу же после своего приезда из Франции домой я поехал на Смоленщину в избирательный округ, от которого я был заочно, находясь в то время в Японии, выбран депутатом Верховного Совета СССР. Почему именно от Смоленщины, не знал, быть может, из-за стихотворения «Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины...». Но зато знал другое, что округ этот один из самых тяжелых, один из тех, где война останавливалась не единожды и подолгу. Это были Ярцево, Дорогобуж, Духовщина, Издешково, Сафоново - места, знакомые мне особенно по началу войны, ископанные окопами, избитые-перебитые бомбами и снарядами, - в общем, я ехал туда, в свой избирательный округ, с затаенной тревогою: что я увижу? ИздешковоУвидел действительно много тяжелого, горького, почти нестерпимого по контрасту со всем тем, что я видел в воевавшей, но при этом не разорявшейся, а богатевшей Америке.

Этот засевший в душу контраст и страстное желание противопоставить духовные силы нашего общества, душевную красоту людей его, их духовную стойкость мощи и богатству Соединенных Штатов заставили меня еще там, во время поездки, думать о том, как же написать об этом, искать первые приступы к будущему, главному для меня как для писателя после войны делу - к повести «Дым отечества».

Вот так и стали Алфёрово и Издешково причиной возникновения важного для фронтового писателя Симонова художественного произведения, явив своим видом контраст с Соединенными Штатами.

При посещении главного здания МИД членам Организации также представилась уникальная возможность попутешествовать по разным этажам МИД, побывать в Музее Департамента дипломатическо-курьерской связи МИД РФ и в Центре истории российской дипломатической службы, экспозиция которого расположена в бывших кабинетах министерства. В них представлена история внешнеполитического ведомства от времён Ивана Грозного до наших дней. Экскурсию по музеям провёл их создатель Пётр Григорьевич Барулин - коллега Владимира Леонидовича Куликова, в прошлом дипкурьер.

Экскурсия в МИДе Экскурсия в МИДе

Во время содержательной экскурсии члены Организации благодаря Петру Григорьевичу смогли узнать, что:

- «вализа» - это мешок (сумка или чемодан) для дипломатической почты,

- первым послом был Иван Висковатый - думный дьяк при Иване Грозном.

Пётр Григорьевич также напомнил, что:

- Теодор Нетте, «пароход и человек», был дипкурьером, которого убили в 1926-м году при исполнении служебных обязанностей,

- Александр Воронцов был первым министром иностранных дел Российской империи и братом известной княгини Екатерины Дашковой,

- Александр Горчаков был главой русского внешнеполитического ведомства при Александре II, другом Пушкина, учился с ним в Царскосельском лицее, прожил дольше всех лицеистов,

- Георгий Чичерин, исполнявший обязанности наркома иностранных дел в 1918-1930 гг., был дворянином, эрудитом, полиглотом и обладал феноменальной памятью.

  • Экскурсия в МИДе
  • Экскурсия в МИДе
  • Экскурсия в МИДе
  • Экскурсия в МИДе

Интересно было узнать такие факты, что Александр Васильевич Суворов был не только великим полководцем, не потерпевшим ни одного поражения, но и дипкурьером, а при Александре Горчакове российская дипломатия в 1871-м году одержала большую победу - добилась отмены запрета держать военно-морской флот на Чёрном море и получила возможность строить военные укрепления на его побережье, восстановив таким образом без единого выстрела утраченные Россией в 1856 году права после поражения в Крымской войне. Горчаков переживал подлинный триумф. Об этом написал Фёдор Тютчев (не только поэт, но и дипломат):

Да, вы сдержали ваше слово:
Не двинув пушки, ни рубля,
В свои права вступает снова
Родная русская земля -
И нам завещанное море
Опять свободною волной,
О кратком позабыв позоре,
Лобзает берег свой родной.

У посетителей музеев МИДа осталось ощущение, что за время экскурсии под руководством Петра Григорьевича удалось узнать об истории России больше, чем из школьных учебников.

  • Экскурсия в МИДе
  • Экскурсия в МИДе
  • Экскурсия в МИДе
  • Коллонтай
  • Perezagruzka
  • В кабинете, где работал Примаков

Можно было увидеть личные вещи легендарной Коллонтай (женщины-посла, революционера и дипломата), посидеть на стуле, на котором сидел Примаков, увидеть кнопку «perezagruzka» (на самом деле «peregruzka»), подаренную Хиллари Клинтон Сергею Лаврову, посмотреть на Москву с балкона МИДа.

Москва с балкона МИДа Москва с балкона МИДа

Проходя через анфиладу залов музея, мы осуществили путешествие во времени от Посольского приказа, чем было внешнеполитическое ведомство во времена Ивана Грозного, до кабинета Евгения Примакова. На этом пути Пётр Григорьевич обратил внимание посетителей на «светлые перекрёстки» в истории дипломатической службы России с великой русской литературой.Поэты и дипломаты Так Александр Сергеевич Грибоедов, был не только автором рифмованной пьесы «Горе от ума», но и дипломатом, успешно и плодотворно служил в Коллегии иностранных дел (нынешний МИД), погиб в 1829 г. во время резни, устроенной исламскими фанатиками в русском посольстве в Тегеране.

Здесь будет уместно напомнить, что детские годы Грибоедова были связаны с Хмелитой, расположенной в 28 километрах по прямой севернее Алфёрова и в 15 километрах северо-западнее от Богородицкого. Во время службы в дипломатическом ведомстве Грибоедов познакомился с Александром Сергеевичем Пушкиным, также поступившим на службу в Коллегию иностранных дел, несмотря на его неспособность к государственной службе. Для жителей же Алфёрова имя Пушкина ассоциирует не только с поэзией, но и с печальными развалинами Сережанской церкви, рядом с которой находилось имение Ершино, принадлежавшее мужу внучки Пушкина – Вере Александровне Пушкиной (Мезенцовой).

Пётр Григорьевич поведал нам и о том, что Сергей Лавров – нынешний Министр иностранных дел РФ (с 2004 г.), тоже пишет стихи:

...пути у страны становились всё круче и круче.
У иных вместо слов получалось нытьё и враньё.
Выручали страну Грибоедов, и Пушкин, и Тютчев.
В их словах обретала Россия сознанье своё.

А они от ума много мыкали всякого горя.
Ум от горя не спас, но и горе не стёрло ума.
Горе нам от ума - он всё требует истины в споре,
Но зато для ума не страшны ни сума, ни тюрьма.

Был посольский приказ, и приказы послы выполняли,
И умеют с тех пор дипломаты страну защищать.
Своим словом они, своим делом стране помогали
И других научили Россию всегда уважать.

Конечно, уловив так много общего между Министерством иностранных дел и Алфёровым, нельзя было не воспользоваться случаем и не подарить Владимиру Леонидовичу Куликову книгу Ивана Яковлевича Абрамова «Как это было». Ведь Иван Яковлевич первым начал нам приоткрывать завесу прошлого окрестностей Алфёрова и выхватывать из темноты забвения нашу историю.

В Зале боевой и трудовой славые

Также в МИДе остались два тематических журнала «Край Смоленский», посвящённые Сафоновскому району и 70-летию Победы.

Журнал "Край Смоленский"

Фотография на память с Владимиром Леонидовичем Куликовым в Зале боевой и трудовой славы МИД РФ

VK
OK
MR
GP

В поле воин один - так бывает, и это не ново.
Дипломат должен сам дать единственно верный ответ.
Должен он, как поэт, находить только верное слово,
Крепко помня притом, что пророков в отечестве нет.
Сергей Лавров

На главную